wcf logo1 kotofey


"ВЕРНУВШИЕСЯ С УЛИЦЫ"

О российских породах кошек, пробивших дорогу к всемирному признанию.

Можно как угодно оценивать горбачёвскую перестройку, но падение берлинской стены и свобода общения с гражданами Европы послужили и развитию различных направлений домашнего содержания и изучения самых неожиданных животных. Немудрено, что и кошки оказались в числе первых домашних любимцев, интерес к которым приобрел не только широту, но и полноценный научный интерес. До 1986 года законным считался только интерес к собакам преимущественно служебных пород. Первыми дорогу проторили в Россию персидские кошки из Чехословакии, Польши, Венгрии и Германии. Своих российских кошек за породистых не воспринимали и не ценили.
«Нашествие» персидских кошек грозило поглотить российские породы. Полуперсов плодили направо и налево: пушистеньких лучше покупают. Ведь чистокровный перс стоил как слегка подержанный автомобиль, а метисы шли по доступным ценам. Нашлись даже «специалисты», которые обозвали всех российских кошек «мурками с помойки», не утруждая себя изучением того достояния, которое справедливо называется национальным.
Для специалистов, которых в России поначалу не было, породы, сложившиеся на основе местных популяций, всегда представляют особый интерес. Американцы гордятся своими мэйнкунами, скандинавы — норвежскими лесными, англичане — британцами и манксами, шотландцы — своими вислоухими. Мы же... Мы — едва не лишились многих российских аборигенных пород, просто потому, что не могли понять их ценность, и в первую очередь мы едва не потеряли могучих сибирских кошек.
Эти красавцы были сохранены в чистоте, облагорожены и благоденствуют поныне только благодаря московским и ленинградским истинно идейным заводчикам, которые вопреки всему выставляли своих «помоичных мурзиков», как изволили их назвать «нувориши от котоведения», сколотившие себе состояния на персидских котятах.
На первых выставках кошек в Москве в 1987 году сибиряков записывали «домашними кошками сибирского типа», хотя некоторые заводчики к тому времени уже десятилетиями вели свою собственную, так называемую «вульгарную», примитивную селекцию породы, руководствуясь лишь собственным вкусом и селекционным чутьем.
В феврале 1986 г. в Ленинграде, на самой первой выставке кошек клуба «Котофей», впервые в России и в мире, сибирские кошки проходили экспертизу как отдельная порода по своему первому, предвари-тельному, еще несовершенному стандарту. Но именно этот стандарт положил начало всем последующим редакциям.
Сибирские кошки открыли атлас отечественных пород кошек России. Ну, а дальше.... Оказалось что надо только уметь смотреть вокруг. Сей-час в этом атласе уже много пород, и последняя страница еще не написана.
А как же само кошачье племя отнеслось к успехам заводчиков? Как живут кошки, не охваченные навязчивыми заботами энтузиастов-селекционеров?
Кошки были и остаются истинными космополитами. Они не признают государственных границ и генетических запретов, не читают таможенных правил и решений Евросовета о дефектных генах. Они, знай себе, плодятся и размножаются по закону божьему и еще не раз преподнесут нам свои сюрпризы. Подтверждая тем самым, что мутационный процесс един во времени, даже если разделен в пространстве, так как является частью более глобальных явлений, происходящих в земном биоценозе. Потому-то у российских кошек обнаруживаются и зарубежные аналоги, и родственники за границей, и новые оригинальные формы. Чтобы новая порода кошек была признана международными организациями и получила право на участие в выставках и присуждение титулов, она должна пройти долгий путь изучения и стандартизации. Некоторые большие международные фелинологические федерации подходят к во-просу регистрации пород очень консервативно: представьте не менее 30 животных, имеющих пять колен заявленной вами породы в родословных, и мы зарегистрируем эту новую породу. (До сих пор не понимаю, как мы сумели вывести в мир сибирских кошек, сходу покорив практически все международные организации).
Я считаю, что для аборигенных кошек такой длинный путь не пригоден. Наша жизнь слишком быстротечна, слишком много у нас проблем связанных не только с кошками, чтобы тратить немалые деньги и силы в борьбе за признание породы в течение 6—10 лет. Молодые породы народной селекции надо заявлять, показывать, давать им шанс завоевать симпатии публики. Если порода прижилась, она может быть закреплена и облагорожена. Искусственные препятствия к признанию аборигенной породы народной селекции не нужны любителям кошек.
Что же касается авторских пород, то повышенная требовательность к ним понятна и закономерна. Но и в этом случае надо исходить из того, что у нас не зверосовхозы и не пушные фермы. Кошки — члены семьи любителя-заводчика. Какая российская семья решится держать 30 животных, набирая, пять поколений? А коллективные питомники у нас слишком нестабильны. Семьи разваливаются за сроки, устанавливаемые для регистрации породы, пропадает интерес у вчерашних энтузиастов. Исчезают породы, не получившие должной раскрутки, потерявшие своих первых исследователей. Тем больше благодарности тем, кто не опустил руки, не разогнал и не усыпил случайных котят неожиданной внешности, а сберёг и дал им дорогу в жизнь.
Уважая право каждой организации иметь свои правила, я придерживаюсь более инициативного и оперативного подхода к селекции кошек и всегда поддерживаю в этом энтузиастов, где бы они ни жили. Нас много, все мы разные и хотим иметь своими домашними компаньонами таких же особых, непохожих ни на кого животных. Кошки, как ни одна другая домашняя живность, предоставляют нам эту возможность. Тяжелые или изящные, серые или цветные, пушистые или совсем голенькие, но всегда нежные и независимые — они остаются кошками, живущими с нами и в наших сердцах.

Домашние кошки славян.


В славянских поселениях любили держать диких животных на потеху. Нравилось мужикам помериться силами с медвежонком, притравить со-бак на волчонка или лисицу. Водились у них и дикие котята.
В лесах древней Руси обитали два представителя рода кошек (Felis): рысь (F. lynx) и европейский лесной кот (F. silvestris). А у соседей в азиатских степях жили и охотились некрупные степные дикие кошки (F.ornata) ну очень похожие на современных сибирских кошек. Несомненно нашим пращурам попадали в руки котята этих видов. Но задерживались в доме они только до первой течки, а там поминай, как звали (если еще раньше собаки не затравят). Не приручили их русичи, не сделали постоянными обитателями своего дома. Кошки ли оказались несговорчивыми, предки ли нетерпеливыми — сейчас судить трудно. Достоверно лишь то, что и рысь, и степной ,и лесной кот отличаются немалой агрессивностью, а о терпеливости наших предков судить трудно.
Впервые кошка стала спутником человека в Северной Африке и на Востоке. Произошло это за несколько тысячелетий до наступления нашей эры.
Первые домашние кошки появились в Киевской Руси после принятия христианства. Их привозили византийские служители церкви в дар же-нам и дочерям князей. Так мягкими кошачьими лапками они мостили дорогу к сердцам и душам русичей, открывая путь православному вероисповеданию.
В археологических раскопках ХП-ХШ веков на территории Рязани и в других местах находят единичные кошачьи останки, которые свидетельству о том, что в средневековье кошки уже жили с человеком, их ценили и берегли.
Среди первых домашних кошек преобладали особи белого, «дымчатого» - (голубого) и рыжего окрасов. Белые византийские кошки — прямые потомки турецких, которым у себя дома разрешалась даже входить в мечеть. Эти животные в своей генетической памяти несли множество разнообразных рисунков и оттенков.
Южные пришельцы за пару тысяч лет потеряли по дороге в Европу несколько «африканских» генов в окрасе. В частности, популяции аборигенных кошек России лишены абиссинской-тиккированной как у зайца и коричневой (шоколадной) окраски. Зато наши кошки приобрели удлиненную с плотным подшерстком шерсть, золотой подшерсток, песочный фон окраса и сохранили память о кисточках на ушах.
Кошка попала в дом к человеку, но осталась сама собой. Вот она сидит рядом, мурлычет в полудреме, вдруг... исчезла, словно растворилась в вечерних сумерках, дематериализовалась. Вечный зов продолжения рода увел ее за ворота в лесок-перелесок, где страшно и маняще пахнет дикими зверями, где самой можно поохотиться, а можно и добычей стать.
Покидая дома своих хозяев, домашние кошки русской знати встречались с дикой лесной кошкой. Оказалось, что оба вида свободно скрещиваются и дают плодовитое потомство. В результате постепенно возникли аборигенные (местные) популяции полудиких кошек. Эти животные не боялись людей. Если прикормят да приласкают — легко уживались с человеком. А если забудут — могли и сами прокормить себя. Такие «самостоятельные» кошки часто ловили мышей в хлевах и амбарах, невольно связывая свою судьбу с человеком. Так постепенно кошачье племя разделилось на элиту, живущую в богатых домах, и кошек, доступных простому люду.
Народы Евразии уходили дальше в тундру и на восток, в Сибирь. Русь продвигалась на новые территории: навечно ставила города, крепости и остроги, заселяла окраины. Вместе с переселенцами пришли на новые территории незнакомые там ранее домашние животные. Не последнее место среди них занимали кошки. Но это были уже не те создания, что первыми оказались на Руси. Спрос с них был тоже другой: «новое поколение» кошек стало надежной защитой амбаров и хлевов от крыс, мышей и полевок. Потомство самых «поимистых» котов и кошек пользовалось спросом. Ими хвалились, гордились, а иногда и крали у соседа. И тут кошки удивили еще раз. Украденные животные через некоторое время возвращались домой со следами дорожных лишений. Вот и пошла о кошках слава, мол не к человеку возвращаются, а к дому. Но никто до сих пор не разгадал законов кошачьей привязанности.
Сурова российская природа... Непросто жилось людям на новых по-селениях. Доставалось и кошкам от бескормицы и непогоды. Но они жили с человеком везде, куда бы их не занесла судьба. Пришлось кошкам и о себе позаботиться: на зиму надевать теплую шубу, а в жаркое лето научиться, раздеваться едва ли не догола. И стали таких пушистых кошек называть в России сибирскими за то, что сибирские морозы и жара им нипочем, за то, что крупнее и сильнее изнеженных «горожанок».
Но не только в Сибири суровый климат. Кошки, поселившиеся в южных краях, где летом жара несусветная, а зимой мороз и ветры жестокие, тоже имели теплую шкурку. Летом она служила им как халат кочевника и защищала тельце и лапки от раскаленного песка, а зимой спасала от каленого льда и снега.
Сейчас трудно восстановить историю происхождения сибирских кошек. Скорее всего, они проникли за Урал из Центральной России вместе с русскими поселенцами. Не исключено, что в их становлении сыграли немалую роль иранские или персидские кошки, называемые в Сибири и Зауралье бухарскими. Известно, что древние персы, знакомые нам по гравюрам и литографиям, очень похожи на наших сибиряков. Не попа-ли ли заморские кошки в Сибирь по Шелковому пути вместе с другими диковинами? Этот путь шел из Китая в Персию южнее истоков сибирских рек. К сожалению, достоверных сведений об этом нет.
Персидские кошки, привезенные в Западную Европу в ХVI веке итальянцем Пьетро де ла Валле, сразу попали к людям состоятельным и цивилизованным. Их стали разводить, отбирая самых милых, нежных, игрушечных, с шелковистой длинной шерстью, детским выражением мордочки с большими круглыми глазами, коротким носиком, круглой «кукольной» головой.
У сибиряков, напротив ценились мощь и стать, поимистость, охотничьи навыки и закаленность. До сих пор в деревнях можно услышать: «Еще чего, кошку кормить — сама себя прокормит!» Так развела жизнь в прошлом, вероятно, близких родственников — персидских и сибирских кошек.
Не только устные предания прославляли качества сибирских кошек. Не обошли их своим вниманием и естествоиспытатели. Так А.Э. Брем, живший в XIX в., в своей книге «Жизнь Животных» с симпатией описывает мощного рыжего тобольского кота, а уж Тобольск - сама Сибирь и есть. Теперь, как и раньше, у персов и сибиряков ценятся разные качества. У персов культивируют декоративные породные признаки, выражающиеся в особом строении головы и мордочки, создающие впечатление детского или кукольного личика — baby face, dall face. У сибиряков — близость к естеству, сила, стать и независимость.

Новейшая кошачья история.


«Кошачьи коммерсанты» завезли в Россию из Европы легион дешевых низкокачественных персов, купленных не в питомниках, а в «зоолендах». Этим кошкам путь в разведение был заказан, и они начали вносить свои полукровные гены в естественные популяции.
Надо отдать должное российским заводчикам и экспертам: с самого начала становления сибирских кошек как породы все «персидские» при-знаки безжалостно выбраковывались, а их носители в разведении не участвовали.
Самым трудным периодом в становлении породы были 1989-1991 годы. Тогда появились котята первой и второй генерации от лучших, по тем временам, производителей. Экстерьер этих кошек оставлял желать лучшего. Потомство было неоднородным, но отбор велся очень жестко.
Мы прошли трудный путь от становления до признания породы. Первый стандарт сибирской кошки писался долго. Чем больше знаний появлялось у российских экспертов, тем точнее и грамотнее становились определения статей. Стандарт, защитивший сибирских кошек от поглощения полуперсами, стал основой для селекционеров отечественных по-род.
Первые сибирские коты— Роман (А. Ивановой) традиционного окраса агути-SIB n23, Марс (М. Калининой) – первый зарегистрированный сибирский колорпойнт – SIBn21 33, ставший первым невским маскарадным — стали настоящей легендой. Неподъемные сибиряки весом 10-12 кг теперь обычные экспонаты на выставках. Им не надо, чтобы их носи-ли на руках или возили, как некоторых «переевших героев» Книги рекордов Гиннеса. Они прекрасно физически развиты и остаются великолепными охотниками не только на мышей и крыс. Ондатры, зайцы, глухари им тоже по зубам. Именно так охотится и живет на своем острове в Онежском озере Люцифер из Карелии, выигрывавший не один конкурс Бест-оф-Бест везде, куда бы только не заносили его судьба и хозяин.
На самой заре развития нашей фелинологии (1986—1987 гг.) для самых первых экспертиз были сделаны наброски по стандарту сибиряков. Это был не сам стандарт, а рукописная «прокламация», которая широко разошлась в виде копий. Написанный двумя Ольгами Сергеевнами Мироновой и Фроловой он послужил основой для современного стандарта породы сибирской кошки. Все последующие правки были весьма незначительными.
Пришлось хорошо изучить стандарты пород, наиболее близких к сибирским кошкам. Это группа аборигенных лесных кошек — мейнкуны, норвежские лесные. В этой работе принимали участие первые российские эксперты и первые заводчики. Необходимо отдать должное Т. С. Емельяновой, Т. Д. Сапожниковой, О. С. Фроловой-Боэм, Т.Е.Павловой и многим другим. Усилиями этих энтузиастов возрождена аборигенная порода кошек, которых «персятники» поначалу окрестили «мурками помоичными», коммерческим чутьем уловив в них сильных конкурентов. В Европе одними из самых первых «идейных» заводчиков сибирских кошек стали Бетти и Ганс Шульц, много сделавшие для при-знания сибиряков в Европе, в World Cat Federation.
Нынешние сибирские кошки отличаются от основоположников породы костяком, величиной, добронравием. Многие из первых сибиряков вели полудомашний образ жизни, страдали от глистов, младенческих инфекционных болезней. С повышением культуры содержания, улучшением ветеринарного обслуживания и использованием полноценных кормов облик сибирских кошек облагородился, несколько утратилась агрессивность и отчужденность. Они стали мягче и терпимее в обращении с посторонними людьми, судьями и стюардами, которых они вовсе и не обязаны любить. Но главные стати, зафиксированные в стандарте, не только не утрачены, но получили некую завершенность и наполненность. Мне повезло уловить общую тенденцию развития породы, которую подсказали сами сибирские кошки.
За рубежом, особенно в США, наши сибиряки ценятся не менее персов и мейнкунов. Но нет пророков в своем отечестве. Дома наши прекрасные, селекционные сибирские кошки пока ценятся не дорого. Но они не теряют своих любителей и почитателей. В 1997 г. возникло Объединение любителей сибирских кошек. Его первым президентом заслуженно стала Т. Е. Павлова, которую возвел на эту должность Димка (Ласковый Зверь) — первый чемпион мира по протоколу WCF и СФФ— и его многочисленные потомки.
Признанные в Европе и Америке, сибиряки наконец добились при-знания и на Родине. Число чемпионов мира среди сибирских кошек за-вершило первую сотню и пошло дальше. На смену им уже приходят их внуки и правнуки, выращенные в таких известных питомниках, как «Ласковый Зверь», «Саржи», «Вещий Сон», «Сибирская Тайга», «Голубая Кровь», «Россити», «Северное Сияние», «Жемчуг Невы», «Доб-рая Сказка», «Оникс Глория» и многих других. Число питомников дав-но перевалило за сотню. И это то, к чему мы так стремились, преодолевая всевозможные преграды!
В Новосибирске я своими глазами видела стелу, на которой был начертан лозунг: «Да здравствует то, благодаря чему мы, несмотря ни на что...». Похоже, это девиз всей нашей жизни. Работа с кошками — не исключение.

Невские Маскарадные

Кошки лишены расовых предрассудков и не придерживаются никаких селекционных ограничений. Случилось так, что сибиряки породнились с расплодившимися потомками сиамских кошек, завезенных к нам из-за рубежа великим кукольником и защитником животных Сергеем Владимировичем Образцовым. Уже через пару поколений у домашних пушистых кошек обычных окрасов стали рождаться потрясающе красивые котята в белоснежной шубке, в маскарадной маске с «прорезями» для небесно голубых глаз, в тёмных сапожках и перчатках.
Их окрас казался абсолютно несвойственным для кошек России и Сибири. Но в остальном они унаследовали все качества сибирских кошек. Возникло это чудо само по себе, без целенаправленного отбора и под-бора. Симпатиями претендентов руководила Природа, и нам пришлось согласиться с ней.
Любители сибиряков не хотели смириться с фактом чужеземного влияния на генетику своих нарядных питомцев. Подняв архивы, энтузиасты породы раскопали указания на «необычных кошек» - ох, уж эти кошки! – живших ещё в 1786 году на территории Пензенской губернии на подворье статского советника Егора Михайловича Шедринского около деревни Никольское в округе Инсара. Его домашняя чёрная кошка в «критические дни» сбегала в лесочек за садом, разбитом в английском стиле. Её потомков видел в доме советника Мартынова и в доме пензенского губернатора и описал известный путешественник и естествоиспытатель Питер Симон Паллас в своем отчёте о путешествии по южным территориям Российской Империи, изданном в 1792 году. Приведём краткую цитату: «Окрас тела светлый каштаново-коричневый, похожий на окрас хорька, но темнее не спине, особенно по направлению к хвосту, и более светлый на боках и животе. Горло белёсое... Чёрные отметины обегали нос и вокруг глаз и заканчивались на лбу. Уши, лапки и хвост совершенно чёрные.» К сожалению, он ничего не написал о цвете глаз. Но во всём остальном описание полностью совпадает с окрасом невских маскарадных кошек, ведущих вольный образ жизни и гуляющих в любую погоду в нашем холодном климате, а потому чернеющих до уголь-но чёрного тона отметин. Это описание заставило нас иначе посмотреть на наших колорпойнтов. Рецессивные гены, определяющие возникновение этого окраса, возможно, существовали в породе давно и долгое время скрытно, а появление образцовских кошек послужило толчком к их выявлению. Во многих породах присутствует дивизион окрасов из серии колорпойнт, не лишены его оказались и исконные сибиряки.
Стандарт невских маскарадных полностью соответствует стандарту сибирской кошки. Окрас разрешен во всех цветовых сочетаниях колорпойнт с белым, при ярко-голубых глазах. Их особенностью является появление чёткого рисунка тигрового, мраморного или пятнистого на боках тела, чего не наблюдается у большинства других пород. Именно та-кой окрас свойственен «белым» тиграм – гигантским голубоглазым диким колорпойнтам.

"Вернувшиеся с улицы"О российских породах кошек, пробивших дорогу к всемирному признанию.
Автор: Вице-президент клуба "Котофей", Президент-координатор ассоциации клубов любителей кошек АКЛК"Котофей", фелинолог, международный эксперт WCF по всем группам кошек - Миронова Ольга Cергеевна

при копировании обязательно указывать автора и ссылку на данный источник!



© 2013 Ассоциация клубов любителей кошек "КОТОФЕЙ"
Создание и дизайн сайта - веб-студия "Vesna"